Как реформировать нашу армию?

ИТАР-ТАСС Приняв в первом чтении поправки к закону «О воинской обязанности и военной службе», где отменяются 9 отсрочек от призыва и срок службы постепенно уменьшается до 1 года, власть предложила обществу компромисс. В расчёте на рост числа призывников, сокращение коррупции в военкоматах и дедовщины в частях, словом – на оздоровление армейской среды. Но состоится ли это или правы пессимисты, утверждающие, что не случится ничего, кроме подорожания взяток за освобождение от службы в армии? На этот вопрос отвечает московский правовед Максим Александрович ЛАВРОВ, директор юридического центра «Правозащита». Центр работает уже 8 лет, его задача – отстаивать юридические права тех, кто действительно может претендовать на отсрочки и стремится к альтернативной службе.

– Неслучайно в своём последнем Послании Федеральному собранию президент поставил проблемы рождаемости и обороноспособности на первое место. Ведь вот только в прошлом году из примерно 4 миллионов призывников на военную службу удалось призвать лишь 9,1%. А в 1994-м эта цифра составляла 27%!
Осознавая неумолимое наступление демографического кризиса, руководство страны относится к военной реформе с особым вниманием. Сейчас готовится пакет мер. Сержантский корпус станут повсеместно формировать из контрактников, и на профессиональной же основе будут набирать рядовых в частях повышенной боевой готовности, составляющих сегодня около 30% состава Вооружённых сил. Начнут выплачивать пособия семьям призывников, которые лишатся отсрочек по некоторым из 9 пунктов. Сократят с 2300 до 1700 количество военных комиссариатов. Срок службы в них офицеров на каждой конкретной должности не будет превышать трёх лет. Эти меры изменят ситуацию в армии, но отдача будет слабее той, что ожидается. Причина? Падение престижа службы, неуважение молодёжи к армии, где процветают воровство, разгильдяйство, где сами же офицеры не дорожат своими погонами, а вместо современного оружия полно рухляди ещё брежневских лет, словом, весь букет многократно описанных болезней.
Мне возразят: у социального эгоизма всегда миллион оправданий. Но чем тогда объяснить, что ребята из провинции, раньше воспринимавшие военную службу как способ вырваться из тягот крестьянской жизни, сегодня относятся к армии так же, как выходцы из крупных городов? И вместо того, чтобы хоть как-то повысить привлекательность срочной службы, предлагаются меры, не имеющие к этому никакого отношения.
Если бы наши законодатели предусмотрели для отслуживших в армии социальный пакет, включающий хотя бы минимальные льготные гарантии по линии образования – трудоустройства – жилья, уже это дало бы больший результат, чем любое из предлагаемых нововведений.
Мне приходится много ездить по гарнизонам. Недавно в Краснодарском крае я побывал в военкоматах, где план по призыву выполняется из года в год. Новобранцев там направляют в части, находящиеся в крае, например в Туапсинском районе, где офицеры трудятся по-настоящему, то есть по-настоящему учат и воспитывают солдат. Я видел там ребят, которым интересно служить, учиться, они с гордостью носят форму Российской армии! Но таких частей, к сожалению, очень мало. Мне кажется, что я заглянул в далёкое будущее нашей армии – осовремененной, компактной, профессиональной, без создания которой мы будем бесконечно сражаться с проблемами – теми же взятками в военкоматах, о которых в какой-нибудь Швеции или Англии не слыхал и столетний долгожитель!
Из тех же мер, что нам предстоит пережить в два ближайших года, наибольшую пользу принесут те, что направлены на создание профессиональной армии. Хочется верить, что Минобороны выполнит своё обещание к 2008 году сформировать на профессиональной основе уже 50% войск. Надеюсь, уменьшится и дедовщина. За сокращённый до одного года срок службы расслоение на касты вряд ли дозреет до того критического уровня, который служил основой массовых безобразий в частях, и возможно, что у сержантов-профессионалов будет другое отношение к новобранцам, чем у младших офицеров-срочников.
Однако что касается роста числа призывников и снижения коррупции, то тут отдача будет меньшей. Привлекательность службы не изменится. Значит, сопротивление даже 12-месячному её сроку будет ещё настолько велико, что беззаконие вокруг призывов выживет и расширится, переместившись в медицинскую сферу, в связи с отменой 9 отсрочек социального и образовательного характера. Ответом же на облавы в военкоматах и медучреждениях станет только подорожание освобождения от службы в армии, которое в Москве сейчас стоит около $3000, а в провинции – около $1000. По неофициальным данным, каждый пятый призывник даёт взятку, а каждый второй чиновник военкомата берёт.
Предвидя упрёки, что я сгущаю краски, напомню доклад фонда ИНДЕМ («Информация для демократии»). Оценивалось взяточничество в разных областях нашей жизни с 2001 по 2005 год. Из 14 ниш рынка бытовой коррупции (суды, здравоохранение, школы, автоинспекция и др.) призывные махинации показали, по словам социологов, «фантастический рост» и были названы самым тревожным симптомом беззакония в обществе. Средний по стране размер взятки на этом рынке в 2001 году составлял 3250 руб., а в 2005-м – 15 409 руб. Это были абсолютные рекорды роста среди всех остальных видов мздоимства в России. Неужели вы думаете, что этот рывок приостановится в 2006 году?
По мнению авторов этого доклада, также и рост вузовской коррупции подстегнуло то, что учёба в них гарантирует отсрочку от службы. И в будущем эта лазейка станет работать вовсю, тем более что наши вузы, многие из которых в условиях демографического спада окажутся на грани выживания, и так делают всё возможное, чтобы заманить побольше студентов. Если вспомнить к тому же, что среди призывников с каждым годом всё больше действительно больных юношей, поскольку здоровье молодёжи ухудшается, то в итоге окажется, что основная цель армейской реформы не будет достигнута, поскольку все эти факторы «съедят» ту прибавку призывников, которую может дать отмена отсрочек, кстати, запланированная лишь с 1 января 2008 года.
В итоге власти будут вынуждены искать новые ответы на мобилизационный кризис, который усугубится ещё и тем, что в связи с укорочением срока службы потребуется гораздо больше призывников. Что придётся делать? Закроют десятки военных кафедр в институтах, поскольку сегодня каждый год после их окончания остаётся более 100 тысяч невостребованных лейтенантов-запасников. Следующий залп – по отсрочкам медицинского характера (их сейчас 89). Волны проверок покатятся по военкоматам, липовым аспирантурам, больницам, где сегодня за $300–550 призывникам продаются справки об инвалидности родителей. Но я не сомневаюсь, что каждый последующий виток борьбы с уклонистами от призыва будет сопровождаться и новым шагом в сторону контрактной армии, который, я надеюсь, окажется самым конструктивным и в конце концов позволит довести армейскую реформу до конца.

источник